John Ashbery "Episode"

[raf_sh]

Джон Эшбери

эпизод


В старые времена, когда пытались постичь,
как сочинить мелодию позамечательнее, валились
на постель, грызли подушку. Луна, терзаемая
в просветах фотозатвора. В 1935-ом
юбки были длинны и слегка расклёшены
по фигуре. Шляпы частично затеняли лицо.
Губная помада обнадёживающе расплывалась. В нумерации лет
звучала музыка. 1937-ой
тоже казался радушным, но уже кто-то прикусывал губу,
готовясь к неизбежно грядущим неприятностям.

"Должно быть, ужасно." Я надеялся, что ты сумеешь
это вообразить. Но всё-таки снова буду
предельно ясен — и ясно выражу то, чему мы и так
научились у шаткой луны,
пытаясь выискать мелодию там, где должна бы прозвучать глупость.

И если вновь придётся оказаться в одиночестве
перед стартовыми воротами, да будет так. Мы не рассчитывали
на эту суету, на эти довески. Мы сохраняли спокойствие
в начале суматохи, и даже сегодня
остались спокойными — не слишком вдохновляющим примером
для тех, кто пришёл вслед за нами,
а также для пришедших раньше, бесчисленных —
если оглянуться назад, в эпоху обсуждения.
Я ведь говорил тебе: мы с этим справимся, переключи
передачу, вперёд, прямо в рекламную доску,
озаглавленную Завтра, в приключение новых музык,
в мелизмы, укутывающие прошлое и уходящие дни.


Episode

by John Ashbery


In old days, when they tried to figure out
how to write the sweetest melodies, they fell
on a bed, chewed the pillow. A moon rankled
in the crevices of a shutter. In 1935
the skirts were long and flared slightly,
suitably. Hats shaded part of the face.
Lipstick was fudgy and encouraging. There was
music in the names of the years. 1937
was welcoming too, though one bit one’s lip
preparing for the pain that was sure to come.

“That must be awful.” I was hoping you could
imagine it. Yet I will be articulate
again and articulate what we knew anyway
of what the lurching moon had taught us,
seeking music where there’s something dumb being said.

And if it comes back to being all alone
at the starting gate, so be it. We hadn’t wanted
this fuss, these extras. We were calm
under an appearance of turmoil, and so we remain
even today, an unwanted inspiration
to those who come immediately after
as well as those who came before, lots of them,
stretching back into times of discussion.
I told you so, we can handle it, hand on
the stick shift headed into a billboard
labeled Tomorrow, the adventures of new music,
melismas shrouding the past and the passing days.