воображариум на холме примул

Мы расселись втроем в уголке тесного ресторанчика азиатской кухни в квартале Примулового холма в Лондоне, в самом конце узкого удлиненного зала. Рядом с нами в том же «купе» еще оставался свободным столик на двоих — одно место на скамье вдоль стены и, vis-à-vis к нему, стульчик в проходе, в метре от моего. Пока мы разглядывали меню и ждали четвертого сотрапезника, друга моей дочери, появились и соседи по купе, вернее — соседки: высокая голенастая блондинка лет тридцати и совсем юная компактная брюнетка, практически девочка, с яркими загадочными глазами и слегка восточной нотой в лице. Откуда-то вынырнул шеф-повар и помог дамам пристроить верхнюю одежду на уже порядком загруженную вешалку рядом с нами. Брюнеточка уселась на скамью, голенастая блондинка — на стул, и они продолжили негромкий разговор.

( читать дальше... )

воображариум на холме примул (окончание)

Вкушая свои рамен, суши, сашими, татаки и так далее, я вспоминал другую троицу призраков, в чем-то параллельную миллеровской, но еще более трагическую — и непосредственно связанную с Холмом Примул. Гении места... В пятистах футах от этого ресторанчика жил в начале 1960-х Тед Хьюз с женой — нервной высокой блондинкой Сильвией Плат, здесь же развернулся его роман с эффектной брюнеткой, скиталицей-еврейкой Асей Гутман-Вевилл, попавшей в Лондон по пути Берлин — Тель-Авив — Ванкувер. Все это кончилось гораздо хуже, чем у Миллера. Мне случалось переводить обнаженно-автобиографические стихи Хьюза — «Рисование», «Опус 131», «Твой Париж», «Шибболет», и это тоже было вроде прыжка во времени, вроде нежеланного подглядывания за чужой незаживающей трагедией.

( читать дальше... )