"— Эдуард Львович, как же все это?.. — с облегчением и радостью спросил Ниточкин, отряхивая со старшего помощника иней. — Это я, значит, вас закрыл в холодильнике?.. А мы думали… Черт! — В этот момент в руках Пети с громким треском разломился заледеневший галстук Саг-Сагайло.
— Петр Иванович, вы читали Шиллера? — наконец разжал губы Саг-Сагайло. Его голос звучал хрипло, морозно, по-новогоднему.
— Я думал, вы мне мясным топором башку отхватите, а вы такой странный вопрос…
— Ниточкин, вы читали Шиллера? — невозмутимо повторил Саг-Сагайло.
— Нет, — сказал Ниточкин. — Трудное военное детство… не успел…
— У него есть неплохая мысль, — прохрипел старпом, растирая себе побелевшие уши. — Шиллер считал, что против человеческой глупости бессильны даже боги. Это из «Валленштейна». Но касается только меня, товарищ Ниточкин.
— А кричать вы пробовали? — спросил Ниточкин.
— Мы не в лесу, — прохрипел Саг-Сагайло и зашагал к капитану."
(Виктор Конецкий)