Сеньор Помидор, вскрывайте шар,
как на стоянке консервную банку.
Разговоришь - прочувствуешь шарм,
узнаешь француженку, итальянку,
рассмотришь облупленное яйцо,
впрок запеченное в бронзовом солнце,
за ним - шелушащееся лицо
и свет, догорающий в оконце.
Слоями режется скорлупа,
змеиный выползок на тропинке,
дубится шкура в руках скорняка,
переливающаяся на спинке.
Волна облизывает причал,
целует трещины, промежутки.
Остепенился, опять одичал,
пришел в себя, продержался сутки.
За счет монополии на квасцы
сияет лето, цветет Симонетта,
неоплатонические мудрецы
вдруг видят во все стороны света,
под сенью дрогнувшего венца
растут навигаторы, математики,
и солнце все еще накатывается
с той стороны Адриатики.
04.05.2008