raf_sh: (ram)


    «Люди начинают прибывать на панихиду и стоят на улице небольшими группами. Я узнаю Валерию Элиот, и после минутной неловкости завязывается разговор. Она рассказывает мне следующую историю: в день, когда умер ее муж*, Би-би-си передало некролог, прочитанный Оденом. Он был самый подходящий человек, говорит она. И все же я была немного удивлена его проворством. Через какое-то время, продолжает она, он приезжаете Лондон, звонит ей и говорит, что когда на Би-би-си узнали, что Элиот тяжело болен, они ему позвонили и попросили записать некролог. Уистан ответил, что отказывается говорить о Т. С. Элиоте в прошедшем времени, покуда тот жив. В таком случае, ответили с Би-би-си, мы обратимся к кому-нибудь еще. Так что я стиснул зубы и сделал запись, продолжал Оден. И не будет мне покоя, покуда вы не отпустите мне этот грех.»

__________________________________________
* Томас Стернз Элиот

(И. А. Бродский «Памяти Стивена Спендера», перевод А.Сумеркина)

raf_sh: (cycl-4)


из Уистана Хью Одена

во славу известняка

И если он образует пейзаж, по которому мы, нестойкие,
    Постоянно тоскуем, то это скорее затем, что
Растворяем в воде. Приметь округлённые склоны
    С верховым ароматом тимьяна, и ниже —
Тайны скрытых пещер и протоков; расслышь ключи,
    Что журчат отовсюду, смеясь,
Наполняя себе озёра для рыбы, врезая
    Небольшие ущелья с обрывами для развлечения
Мотыльков или ящериц; да, изучи этот край
    Расстояний недолгих и замкнутых мест —
Что быть может подобнее Матери, приличнее фоном
    Её сыну игривому — лежит, привалившись
К прогретой солнцем скале, не сомневаясь,
    Что любим — несмотря на проступки; деянья его — лишь
Продолжения чар? От размытого сброса
    До храма на вершине холма, от проступающих вод и до
Полноправных колодцев, от зарослей к винограднику —
    Прихотливый и дерзостный путь, но по силам
Даже детским стремлениям быть заметнее братьев —
    Пусть дразниться, ласкаться — но быть.

Так следи за ватагой соперников — тех, что по двое, по трое
    Вверх и вниз продвигаются между домами, порой
Взявшись за руки — но никогда, слава Господу, маршем; или,
    Примостившись в тени на площади в полдень, ведут
Многословные речи, настолько друг с другом знакомы,
    Что не ждут разглашения неких секретов; таким
Не постичь божества, чьи гневные вспышки — в высотах морали:
    Не уладишь умелой строкой, не задобришь
Авентюрой удачной; отведав податливость камня,
    Не познали они, что значит сокрыть свои лица во страхе
Перед кратером, чьей пылающей ярости не утолить;
    Приспособлены к местным нуждам долин,
Где всё достижимо пешком, где всё в пределах касания,
    Их глаза никогда не глядели в безмерность пространства
Сквозь узор гребешка кочевника; от рожденья счастливы,
    Ноги их никогда не встречались с грибами
И уродцами джунглей — монструозными формами жизни,
    От которых, хотелось надеяться, мы далеки бесконечно.
В общем, если один из них отправляется спать, голова его
    Всё же мыслит практически: стать сутенёром,
Подзаняться продажей фальшивых бриллиантов, сломать фантастический тенор
    Ради звучных эффектов, способных обрушивать дом — с каждым может случиться такое,
Кроме лучших и худших из нас...
                                                Потому-то я полагаю,
    Что ни лучший, ни худший не задерживались здесь с пребыванием, в поиске
Невозделанных пажитей, где красота не настолько абстрактна
    И где свет не настолько бесстыден, и значение жизни
Повесомей, чем пылкость случайных соитий. "Приди!" — возглашали обломки гранита,—
    "Как уклончив твой юмор, как случайны
Поцелуи твои, даже нежные; как окончательна смерть." (Кандидаты в святые
    Ускользали, вздыхая.) "Приди!" — мурлыкали глины и гальки,—
"Здесь, на наших равнинах, простор для армейских манёвров; реки
    Ждут смиряющего, и рабы готовы воздвигнуть могилу твою
В грандиозном классическом стиле: податлив человек, как земля — и обоих
    Есть нужда изменить." (Претенденты на Цезарство встали и
Удалились, грохнув дверями.) Но воистину дерзких манил
    Древний глас, бесстрастный океанический шёпот:
"Я — одиночество, что не просит и не обещает,
    Сим дарую свободу тебе. Любви не существует,
Есть лишь облики зависти. Все они — только печаль."

    Дорогой мой, они были правы, голоса —
И пока ещё правы; земля эта — вряд ли гостеприимный
    Дом, как кажется, и покой её — не исторический лад, где
Всё уже решено навсегда, — а задворки,
    Разорённая периферия, она
Пробивается к внешнему миру посредством туннеля, с какой-то
    Обносившейся жалобой... Так? — Не совсем:
Есть гражданская ноша, которой, противореча себе,
    Не оставит она: подвергать сомнению
Всё, что ясно Великим Державам; тревожить в нас правоту. Поэт,
    Обожаемый за усердный обычай именовать
Солнце солнцем, а разум свой Лабиринтом, оказывается смущён
    Мрамором этих статуй — они опровергнуть готовы
Антимифологический миф его; беспризорников стайка,
    Погоняя учёного мужа вдоль очерепиченных колоннад
Своим бойким докучным зуденьем, омрачает влеченье к тончайшим
    Аспектам Природы; укорён здесь и я — а за что
И насколько, ты знаешь. Не терять же времени, не быть пойманным
    Или брошенным, нет! походить
На зверей, повторяющих только себя, на вещи вроде воды
    Или камня, чья деятельность предсказуема — вот
Наш молитвенник — главнейшей отрадой в нём музыка,
    Извлекаемая где угодно, невидимая
И не пахнущая. Поскольку нам приходится ждать
    Смерти как неизбежности — мы, несомненно, правы; но если
Искупимы грехи, и тела восстанут из мёртвых, то
    Воплощения вещества
В невинных атлетов, в жестикулирующие фонтаны,
    Сотворённые лишь для забавы, намекают ещё и на то, что
Блаженные не озаботятся взглядом, которым их озирают —
    Что скрывать им. Дорогой мой, конечно, во всём этом я
Недостаточно смыслю, но когда попытаюсь представить очертания безупречной любви
    Или будущей жизни — слышу лишь бормотание
Подземельных ключей, вижу лишь известняковый пейзаж.


May 1948
(перевод 26.05.2016)


оригинал, материалы, примечания... )

raf_sh: (cycl-3)


По случаю сегодняшних событий показываю черновой вариант перевода брюссельского стихотворения Одена "Южный вокзал".

Северный вокзал, 22 марта 2016 г.: "На вокзале Ноорд сотрудники брюссельской полиции задержали двух подозреваемых. По предварительным данным, речь идет о лицах, подозреваемых в причастности к сегодняшним терактам в аэропорту и метро."


Уистан Хью Оден

Южный вокзал

Невзрачный поезд, подошедший с юга,
Толпа берёт барьер на абордаж.
Приезжий. Для такого торжество
Мэр не затеет. Рот, поджатый туго,
Встревожил чей-то взгляд. Он поднял ворот.
Густеет снег. Сжимая саквояж,
Выходит быстро в беззащитный город —
Быть может, страшной участью его.


Декабрь 1938, Брюссель
(перевод: 12.09.2015)




by Wystan Hugh Auden

Gare du Midi


A nondescript express in from the South,
Crowds round the ticket barrier, a face
To welcome which the mayor has not contrived
Bugles or braid: something about the mouth
Distracts the stray look with alarm and pity.
Snow is falling. Clutching a little case,
He walks out briskly to infect a city
Whose terrible future may have just arrived.


December 1938, Brussels

raf_sh: (cycl-3)


Я хотел перечитать свой старый (2008 г.) перевод статьи Джеффри Харта об Уистене Одене (http://www.slovesa.be/index.php/comptes-rendus-de-livres/38-comptes-rendus-de-livres/62-how-good-was-auden.html), но этот сайт сейчас недоступен. Поэтому повторяю текст здесь, чтобы легче было находить.

См. также:
http://raf-sh.livejournal.com/422985.html
http://raf-sh.livejournal.com/441512.html


How good was Auden?
by Jeffrey Hart
Review of Prose & Travel Books in Prose & Verse. Volume I: 1926-1938 by W.H. Auden
The New Criterion, Feb 1997 (http://www.newcriterion.com/articles.cfm/howgoodwasauden-hart-3394).

перевод статьи, с англ. ... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Рембо


Тьма под мостами, злые небеса;
Его ватаге вряд ли внятно это,
Но в сорванце — витийства словеса
Фонтаном: холод породил поэта.

Абсент, что лил нестойкий лирик-друг,
Пятёрке чувств мутил дорогу к миру,
Рутинной ерунды смывая круг —
Пока он вовсе не отбросил лиру.

Поэзия — афазии пример,
Быть цельным недостаточно. Провал.
Поди, другое детство одолжи.

По Африке болтаясь, он мечтал
О новом "я" — наследник, инженер,
Чьи истины приемлемы для лжи.


Декабрь 1938
(перевод: 02.02-12.10.2011)






оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


из Уистана Хью Одена

модель

Читать по ладоням, почеркам, лицам —
      Есть род перевода: глядящий солидно
            Джентльмен — возможно, влеком к девицам
      Излишне юным; насупленной школьнице,
            Быть может, нестерпимо хочется-колется;
Но по старой леди — всё главное видно.

Роршах и Бине здесь не огласят
      Больше, чем очевидное "жива, здорова" —
            Поскольку, когда вам восемьдесят,
      Даже крошечная отметина жадности
            Отдаёт вас на милость жалости,
А штришок отчаяния — добивает сурово.

Пилось ли шампанское из её туфелек, была ли для слуг
      Образцом прилежания — за что прославлялась
            В приходских кругах, или нещадно супруг
      Её тиранил; теряла ли сына —
            Теперь уже всё едино.
Она пережила, приняла, состоялась.

Так что вперёд, художник — дари ей буковые леса
      Или рисовые поля, трущобы или вольную реку,
            Можешь подсвечивать или затемнять небеса,
      Фоном — красный кирпич или зелёный шёлк —
            Она придаст окружению толк,
Взгляд притягивая к главному: к человеку.

? лето 1942
(перевод 27.04.2011)


оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


из Уистана Хью Одена

горацианские строфы


В сферы какие, Флакк, воображенье
Может тебя и присных вселить? Не в залы
        Оперы — этих галер
        для безумцев, жадных до власти

или любви, шпарящих залпами арии,
и не в края буффонады, в которых раздутый
        прыщ себялюбья вскрывают
        грубым нещадным разрезом

розыгрыша. Пожалуй, вам подошло бы
сколько-нибудь достоверно освоиться в жанре
        Кто-это-сделал: могу
        кого-то из вас представить

читать дальше... )

raf_sh: (cycl-3)


из Уистана Хью Одена

прощай, полдень

Карло Идзо

читать дальше, + оригинал и примечания... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

«А. Э. Хаусман»


Кого винить, не Кембридж — плющ и клён
(Вини, в чужой огонь мечи поленья) —
В холодном Лондоне сердечно уязвлён,
Он стал Латиноведом Поколенья.

Намеренно он выбрал эту часть,
Он прятал слёзы, как порнооткрытки;
Для всех — гурман, незримая же страсть
Провидела страдания и пытки.

В подстрочных примечаниях он смел
Конфузливо бесчестить свой уклад —
Но ставил чувства, фишкой из кармана,

На совокупный похоронный ряд,
Где лишь географический предел
Солдата отделяет от декана.


Декабрь 1938


Вот и соединились два фигуранта. Перевод вольный, таковым его и рассматривать.

оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Путешествие в Исландию


Всякий путник возносит молитву: "Избавь меня
от встречных врачей"
, каждый порт имеет морское имя;
безгородость, ржавчина, скорбь,
и Север значит: Отвергнуть.

Эти долы — навек для охоты на пленников стужи,
и повсюду: белые крылья бьются и реют;
под бушующим флагом любитель
островов наконец удостоен увидеть

очертания скромной надежды, поближе к сиянию
ледника; стерильные юные горы, резкие
сумасшедшим северным днём, у реки —
опахалообразный нарост песка.

В общем, пусть горожанин найдёт здесь природное диво:
перегибы лощин, струи пара из трещин
скалы, и скалу, и каскад, омывающий
скалы, и птиц среди скал;

сочиняющий прозу — и синодик мест для осмотра,
здесь развалины церкви, где епископ попался в мешок,
ванна хронографиста, крепость, где
злодей ужасался тьмы,

обреченного вспомним, упавшего с лошади, в стоне:
"Как прекрасны холмы. Я не хочу уходить",
и старуху на исповеди: "Тот, кого я любила
больше всех — для него я худшей была."


Отступила Европа, и это — остров, он должен
быть убежищем, где привязанность мёртвых доступна покупке
теми, чьи сны уличают их: вы
злонамеренно живы; и бледность

от излишне горячечных поцелуев чиста в сей пустыне.
Но разве... как могут... когда мир — ложь и лжив?
Узкий мост над ущельем,
малютка-дом под утёсом —

подходящий Пейзаж для ревности провинциальной:
ненадёжная клятва у межевого камня,
при свидетельстве верхового туземца
там у озера, на вьючной тропе,

чья кровь продвигается по-воровски, украдкой,
задавая все наши вопросы: Где же присяга? Когда
совершить возмездие? Кто мне противостоит?
Почему я всегда одинок?


Нет у времени излюбленного предместья, черты здешних лиц
не от юных, о ком позаботиться всякий желает;
его обещания — лишь обещания, сказочный
край, беспристрастно далёкий.

Все потоки полны слезами: снова водитель
натянул перчатки — и в снежной буре слепящей начинает
свою роковую гонку, и снова какой-то писатель,
застонав, бросается к своему занятию.


Июль 1936


оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Коротко


Уже никто из нас не юн
как прежде. Что ж?—
Не одряхлеет дружба.

. . .

Будь же покоен, Паскаль, пространств не страшись бесконечных:
    необозрим Божий Мир — и звёзд столкновенья редки.

. . .

Несчастья Земли не смертельны,
Огонь не гасим темнотой,
Ветер сдержать невозможно,
неизносима Вода.

. . .

Птичьи беседы
говорят о немногом,
но многое значат.

. . .

Увы, мотыльки
игнорируют нас; комары,
к сожалению, нет.

. . .

читать дальше, + оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Нет, Платон, нет


Не мог бы себе представить
наихудшего, чем оказаться
развоплощённой Душой,
бессильной жевать и глотать,
прикасаться к предметам,
вдыхать луговые запахи,
внимать словам и мелодиям
и вглядываться в даль.
Нет, Бог поместил меня точно
туда, куда сам я хотел бы:
в подлунный весёлый мир,
где женщины Мы и мужчины,
и даём Имена вещам.

Но я способен понять,
что данные Мне от Природы
органы, скажем — железы,
что трудятся круглые сутки
без всякого возмущения
на благо Моё, Хозяина,
моей приемлемой формы
(пусть и не даю им приказов,
не зная их языка),—
мечтают о лучшей жизни,
чем та, что вели доселе:
и вправду, возможно, Тело
возносит молитвы о смерти —
чтобы добиться свободы
и стать Материей вольной.



Май 1973


оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Археология


Заступ археолога
проникает в давно
опустевшие жилища,

обнажая свидетельства
способов жизни, которые
нам не пришли бы и в голову,

и касательно которых нельзя сказать
ничего достоверного —
вот счастье!

У знания, может быть, есть свои цели,
но догадываться — всегда
любопытней, чем знать.

читать дальше, + оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Послание Зверям


Нам, тем, кого с самого мига
явления в мир, начинает
снедать тревога,

кто редко знает наверное
свои намерения,
а то и знать не желает,—

какая радость понять,
пусть не видя вас и не слыша,
что вы где-то здесь,

хотя и не всякий из вас готов
дарить нам внимание,
пока не приблизимся слишком.

читать дальше, + оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

эти сумрачные Старшие


В этом кресле садовом в тени,
Слыша звуки таинственной возни,
Понимал я: мистерия слов
Неуместна для птиц и цветов.

Некрещёная малиновка — я знал —
Распевает свой рутинный хорал,
И ромашка дожидается, кому
Рассказать, кто сужен ему.

Здесь никто не научится лгать
И не знает, что придётся умирать,
И никто труда не берёт
Отвечать за времени ход.

Речь оставьте этим сумрачным Старшим,
Дни считающим, от ритмов уставшим:
Смех и плач — для любви и прощания,
Но слова — для помнящих обещания.


? Июнь 1950


оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Праздные короли


В дни Великих Торжеств королям выпадала прогулка:
Волны светлых волос украшались, сверху корона,
И упряжки белых быков их везли церемонно
На виду у народа. Провозглашались гулко
Имена полусказочных предков: Хлотарь, Хильперик,
Хловис, Теодорик, Дагоберт, Хильдерик —
То была благородная кровь, неразрывным током
Нисходящая к детям (коль верить подправленным строкам)
От морских божеств и чудовищ: от всей цепочки
Судьбы Франков (крещёных) зависели ненароком.
И хотя понятно, что это, скорее, игра,
И хотя понятно, откуда дуют ветра,
И что важно лишь слово Мажордома Двора,—
Мажордомы — наместники. (Гримоальд захотел
Управляться без них — его жизни положен предел.)
До вечерней зари был триумф царя-одиночки,
И гремели фанфары, и вымпелы хлопали шёлком
На ветру и, ликуя, роды кричали "ура".

Но когда опускалась тьма соответственно срокам,
Их вели в покои и запирали с толком,
Охраняя прилежно, чтоб короли не дерзнули
Убежать, или страннику лишнего не сболтнули,
А могли бы только печать прилагать к декретам,
Прочитать не умея. Но пива и мяса вдоволь,
И девиц. От обжорства — или гонимы роком —
Умирали юнцами: до двадцати их доля.

Ну не жертвы ль политрепрессий? И хватит об этом.


1968


оригинал... )

raf_sh: (cycl-3)


Последняя, пятая часть "Маргиналий" У.Х. Одена. Другого характера, поближе к телу.

За мной пока остались три строки в третьей позиция III части, где я всё еще надеюсь на помощь в понимании прочитанного, пока не полученную.


читать дальше... )




См. также:
Marginalia (I)
Marginalia (II)
Marginalia (III)
Marginalia (IV)

Все мои переводы из Одена

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Заметки на полях (IV)

IV


Берцовые кости животных,
выдаваемые за мощи никогда
не живших святых, всё же

заметно блаженнее портретов
тех завоевателей, что,
к несчастью, существовали.

. . .

Marginalia (IV), читать дальше... )




См. также:
Marginalia (I)
Marginalia (II)
Marginalia (III)

Все мои переводы из Одена

raf_sh: (cycl-3)


Третий раздел "Маргиналий" У.Х. Одена.

В нем третья сентенция ещё не переведена — не удалось понять текст с достаточной степенью уверенности, даже и с помощью носителей mother tongue. Идеи будут приняты с благодарностью.

P.S. от 1 февраля: решение принято.


Уистан Хью Оден

Заметки на полях (III)

III


Обделенный Родословной,
выскочка-полководец провозгласил
Солнце своим Предком.

. . .

Marginalia (III), читать дальше... )




См. также:
Marginalia (I)
Marginalia (II)

Все мои переводы из Одена

raf_sh: (cycl-3)


Уистан Хью Оден

Заметки на полях (II)

II


Покойник,
никого не убивший,
редко стоит памятника.

. . .

читать дальше... )

Profile

raf_sh: (Default)
raf_sh

September 2017

S M T W T F S
      12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 10:23 pm
Powered by Dreamwidth Studios